Ты не думай,

Щурясь просто

Из-под выпрямленных дуг.

Иди сюда

Иди на перекресток

Моих больших

И неуклюжих рук

Это стихотворение Маяковского гипнотизировало меня много лет. Я не пыталась представить Татьяну Яковлеву, которой оно было посвящено, думала о красивом и метафоричном «перекрестке рук».

История эта получила неожиданное для меня продолжение. Я просматривала обложки американских журналов Harper’s Bazaar и Vogue, 40-60-х годов – и обнаружила, что расцвет креатива в глянце в США стал возможным благодаря двум эмигрантам – Алексею Бродовичу (из Питера) и Александру Либерману (из Киева).

Татьяна

Так вот, в 1938-м году Татьяна Яковлева знакомится с будущим арт-директором американского Vogue Александром Либерманом. С этого момента они не расстаются.

Татьяна

Эта пара – пример выдающейся самодисциплины, концентрации и мотивации на достижение. Их влияние  в Нью-Йорке было колоссальным. «Страна Либермания» — ироничный комментарий Баланчина загородных приемов супружеской четы.

Интересно, что сначала семью обеспечивала Татьяна. Она была дизайнером шляпок, Tatiana of Saks. Психолог без образования, Яковлева легко убеждала любую женщину в том, что красота без шляпки невозможна.

Татьяна

Впрочем, Татьяна Яковлева влияла не только на женские умы. Она убедила мужа написать о показе Кристиана Диора, cамому Диору порекомендовала взять в ассистенты Ив Сен-Лорана. Она была дружна с Марлен Дитрих, Сальвадором Дали.

Татьяна

Годы спустя, Яковлева принимала у себя и поддерживала Иосифа Бродского, танцоров Михаила Барышникова и Александра Годунова.

Любопытно, что женщина, говорящая на английском с чудовищным акцентом, стала автором многих афоризмов: «Норковые шубы носят только на футбол», «Бриллианты — для тех, кто живет в дешевых кварталах».

Что дал миру моды Александр Либерман?

Наверное, без его колкости мы не узнали бы фотографа Ирвина Пенна. Услышав жалобы Пенна на снимки штатных работников, Либерман бросил ему: «Снимай сам!»

Татьяна Яковлева

Либерман привнес в журнал динамику, смело кадрировал и «резал» фотографии, добавляя в банальные фэшн-стори игру и юмор. Ниже – съемка 1944-го года, фото – Джон Мили.

Татьяна Яковлева

Для оживления восприятия – работал с пропорциями и масштабом. Пример – вот этот разворот, съемка Ирвина Пенна, 1949-й год. Даже для нашего времени это выглядит «революционно».

Татьяна Яковлева

Использовал перспективу для создания сюрреалистического эффекта. Съемка Клиффорда Коффина, 1949-й год, Vogue.

Татьяна Яковлева

Cмело обращался с цветом, сталкивая яркое пятно и черно-белый снимок на одном развороте. Ниже – съемка Сесила Битона, 1950-й год.

Татьяна Яковлева

Интересно, что увлеченность искусством в Александре Либермане сочеталась с жесткой коммерческой ориентированностью: когда он понял, что Джексон Поллок – это «слишком» для читательниц Vogue, — он просто сделал вместе с фотографом Битоном съемку платьев на фоне картин.

Татьяна Яковлева и Александ Либерман

Александр Либерман проработал в издательстве Conde Nast 53 года. Отдыхал от коммерческих задач, занимаясь скульптурой.

Скульптура Adonai /парк скульптур Storm King Art Center, пригород Нью-Йорка/, «Корабль» /Флорида/.

Татьяна Яковлева и Александ Либерман

Татьяна

Либерман так определил сверхзадачу своих изданий: «Мы – миссионеры цивилизации, коммуникаторы культуры – относимся к читателю всерьез. Публикуя эссе и фотографии, мы отправляем службу магического приобщения человека к искусству, пребывая в надежде, что, быть может, это приобщение изменит человека к лучшему».

Комментарии