В общем, случился такой инфоповод: сегодня в онлайн-магазине Dolce&Gabbana должны появиться футболки с надписью #boycottdolcegabbana. Вчера половинка бренда — Стефано Габбана опубликовал у себя в Instagram несколько видео, которые быстро стали вирусными. В коротких роликах — импровизированная акция протеста с рупорами, флагами и прочей атрибутикой, где, кроме всего прочего, на протестующих надеты футболки с кричащим хэштегом и большим красным сердцем. Классики партизанского маркетинга были бы в восторге!

Ситуация следующая: пока одни дизайнеры громко заявляют о своих ненамерениях одевать первую леди Америки (вот ведь накинулись на бедную женщину — о них я еще скажу позже) и ругают Иванку Трамп за монетолюбие #всявпапочку, Dolce&Gabbana, известные трепетным отношением к клиенткам, активно постят фотографии Мелании Трамп в своих нарядах (из последнего — расшитый жакет за $51000 — ода капитализму), не скупясь на эмодзи в виде алых сердец и тегов #DGwoman.

бойкот Dolce & Gabanna

Несогласные с подобными действиями первых лиц бренда (а именно — Стефано Габбана) часто писали гневные комментарии, откуда и появился тег #boycottdolcegabbana. Это как история, когда Машка увела у Ленки жениха, и Ленка подговаривает Дашку перестать дружить с Машкой. Как будто факт того, что Мелания Трамп носит дольче, может остановить кого-либо от покупки вещей того или иного бренда. Дело в том, что финансовые возможности первой леди в принципе позволяют ей покупать все понравившиеся вещи любых дизайнеров, поэтому такая логика может довести людей до перехода на Adidas (в них госпожа Трамп замечена не была).

Осуждать ребят из Dolce&Gabbana за свои действия как минимум бессмысленно — они давно зовут на показы преимущественно клиенток, их же выпускают на подиум. И это не безосновательно. Большие бренды давно поняли, что заказывать музыку и танцевать девушку должен тот, кто за все это платит.

бойкот Dolce & Gabanna

бойкот Dolce & Gabanna

Другой вопрос: а мог ли Кристобаль Баленсиага, отказывающийся опускаться от haute couture до pret-a-porter с целью быстрого заработка (он говорил, что у него и так есть несколько домов и автомобиль, поэтому в дополнительных деньгах он не нуждается — только перенесите эту сентенцию в сегодняшние реалии) и порой полностью перекраивающий уже после последней индивидуальной (!) примерки вещь, потому что она, по его мнению, не подойдет клиенту, подумать, что диктовать моду должен потребитель? То есть, любят сейчас клиенты «попроще» — будет им попроще (в который раз обсуждать белые футболки с принтами от Christian Dior я не хочу, как и ужасаться тому, что делает Гвасалия в Balenciaga). Здесь уже вопрос выбора: либо ты свободный художник, либо коммерчески успешный проект (да, именно проект).

Теперь о футболке и о лжепротесте. Конечно, собака лает, а караван идет. Dolce&Gabbana в который раз доказали, что они — бренд о деньгах (и я не говорю, что это плохо, двадцать первый век во дворе). Но скорости их реагирования на происходящее можно только позавидовать! Возмущаются люди лобызанию с Меланией — давайте выпустим под этот сюжет футболки и продадим, желательно дорого. Насмешка это над клиентами или нет — решать самим клиентам, но осадочек может остаться (особенно после иллюстрированного руководства, что хейтеры должны сделать со своим мнением — полистайте инстаграм Стефано и сами примите решение).

бойкот

Я могу ошибаться (футболки ведь еще не попали в продажу — вдруг sold out наступит спустя сутки?), но бренд ступил на шаткую стезю, так активно связываясь с политикой. Хотя, конечно, до Трампа ни один политик не совершал подобного шейк-ит-ап’а в моде

Кстати, в интернете также недавно появились статьи касательно «реванша первой леди США по отношению к дизайнерам, которые отказываются ее одевать» (под реваншем авторы подразумевают частый выбор одежды от Dolce&Gabbana под эгидой «я люблю тех, кто любит меня»), как будто единственное, чем обеспокоена Мелания — отомстить дизайнерам, которые не сошьют ей платье.

бойкот

Теперь о последних. Я не совсем понимаю высказывания креативных директоров некоторых брендов касательно нежелания одевать жену того или иного политика. Ладно бы кутюр — так получилось, что исторически дизайнеры высокой моды отказывали в индпошиве клиенткам, которые, на их взгляд, не вписывались в формат их бренда (например, они редко баловали актрис — в прошлом веке уверенные в себе жены американских промышленников и арабских шейхов не хотели красоваться в таком же платье, как у очередной голливудской старлетки), но зачем что-либо говорить дизайнерам, работающих на поприще pret-a-porter, который всегда в открытом доступе: бери деньги да покупай? Или они думают, что услышав на свой счет фразу: «уйди, противный», человек действительно оскорбится и уйдет?

Другой вопрос — раскрытие пиарщиками того или иного бренда информации, кто из знаменитостей был замечен в их одежде. Ничто не заставляет купить дорогое платье так быстро, как фотография какой-нибудь Николь Кидман в нем же: по своей сущности большинство людей требует одобрения их выбора, поэтому, совершая шаги, оглядывается. На этот счет я некогда читала интервью с главным — что ли — байером Farfetch касательно того, что любой магазин, будь то оффлайн или онлайн, должен показывать своим клиентам, как носить вещи, которые он продает, потому что в теории мы все богини стиля, но на практике предпочитаем уточнить, действительно ли платья теперь носят с кедами. Способов уточнить масса — от одетых манекенов и еженедельных листовок с образами до армии стилистов, сидящих в онлайн-чате и комментирующих твой выбор.

бойкот

Если уж о Трампах, то точно так же я не понимаю прошлогодние массовые акции против бренда Ivanka Trump, закончившиеся тем, что многие ритейлеры просто вычеркнули бренд из списка закупок. Ладно бы поводом стал факт выпуска вещей десятилетними девочками на каком-нибудь потогонном производстве (в правильной терминологии — sweatshop) на Шри-Ланке за условный доллар в месяц, или вот недавняя история о том, что Ivanka Trump производят в Китае (чего только сейчас не производят в Китае?), но гнобить бизнес дочери за то, что она поддерживает своего отца (в первую очередь отца, а не бизнесмена или политика) — не очень по-христиански.

Я обожаю глобализацию за то, что в одном конце планеты ты можешь разбить старинную бабушкину вазу, а в другом бабушка уже начнет тебя отчитывать. В эпоху, когда все продается и покупается, лучший способ воздействия на кого-либо — кошелечный. Считаешь, что масс-маркет не экономит воду, использует агрессивную химию для варки джинсов и злоупотребляет потогонным производством — не покупай там вещи. Прими решение. Скажи об этом (или не скажи — это тоже личное дело каждого, прямо как в песне Басты и Гуфа). И тогда за тобой не побоятся принять решение и сделать определенные шаги другие.

бойкот

Возвращаясь к злосчастным футболкам. У Гиппиус было про «если надо объяснять, то не надо объяснять». Есть еще про «на воре и шапка горит» и т. д. Тот факт, что бренд отреагировал на волну критики от хейтеров, а не просто приняв ее как haters gonna hate, говорит о том, что они действительно переживают, что будет дальше. Вот не стали бы они сводить все к шутке (в которой лишь доля шутки), предлагая лояльным клиентам купить футболку с хэштегом и сердцем, словно доказывая себе и всем остальным, что они еще ого-го!

бойкот

Из вышеизложенного можно сделать как минимум два вывода. Во-первых, чтобы мода хоть отдаленно напоминала искусство, она не должна смешиваться с политикой, иначе есть риск проиграть. Это в идеальной ситуации в мире, где живут пушистые розовые кролики. Во-вторых, так уж сложилось, что в том числе посредством моды человек (группа людей) могут выразить свою социальную позицию по тому или иному поводу — особенно в мире без розовых кроликов. Остается это только принять. И пожинать плоды.

И we should all be feminists, конечно. Или нет.

Комментарии