Мир меняется, и глупо было бы это не замечать. 3-D-принтеры, замороженные половые клетки, tesla, facetime и все такое, поэтому мода (как явление социальное и абсолютно культурологическое) должна меняться вместе со средой, в которой она существует. Вообще, fashion — абсолютная история про history repeating, правда, с некоторыми поправками на поколение. А еще — бизнес, в котором люди зарабатывают.

Удивительно, но конкурентные преимущества теперь лежат уже не на полке с дизайнами — посмотреть только на то, что творят братья Гвасалиа с девяностыми (осталось только выпустить майки со сценами из Титаника #яужегдетоэтовидел), Кьюри в Dior или ортопедические Birkenstock на парижском подиуме — столько уже сказано, вы и сами все прекрасно знаете. В последние годы количество появляющихся fashion-брендов выросло в геометрической прогрессии: сейчас реально найти в продаже даже то, что раньше могло только сниться (и с перламутровыми пуговками тоже). Но факт остается фактом: они быстро появляются и быстро исчезают, неспособные отвечать потребительским запросам в долгосрочном периоде.

Потребитель тоже меняется: всеми обласканный миллениал теперь хочет простую белую футболку, желательно с принтом, отражающим его взгляды на жизнь, простые джинсы, какой-нибудь льняной костюм, созданный чуть ли не вручную бабушками в забытой цивилизацией деревне, нетрущие шлепки и рэйбаны капельками, которые, наверное, будут актуальны и через двадцать лет. Сейчас действительно важно, как производится та или иная вещь, а фактор «красиво», когда за ним стоят потогонные азиатские производства — больше не фактор.

ФОТО_2

Можно сто раз отрицать происходящее и плевать на экологию, но тот факт, что летом сейчас куда жарче и страннее, чем во времена нашего детства, сложно чем-либо перекрыть. И вдали от цивилизации дышится лучше. И спится лучше. И цвет лица приятнее. А мы настолько заняты, что хотим получать это здесь, в мегаполисе. Именно поэтому нас сейчас куда меньше интересует масс-маркет, нежели артизанальное производство — лучше купить одну вещь вместо десяти, если эта одна будет отвечать каким-то критериям (у каждого они свои, но фактор экологичности набирает обороты с каждым годом).

Как тысячелетия назад люди мало отличали источник еды и источник одежды (мясо скушали, из шкуры сделали верхнюю одежду или там выпили кокосовое молоко, а сам орех превратился в стильный купальник — воистину безотходное производство), сегодняшние бренды начинают задумываться об источниках сырья — людей много, идей много, а сырья мало, поэтому в ход идет продукт существования цивилизации — ее же мусор (в нашей стране, как оказалось, это тоже больная тема). И ладно бы экспериментировали с сырьем новички (хотя такие тоже имеются), бывалым тоже важна эта планета.

Вот, например, ранее в этом месяце британский дизайнер и умница Stella McCartney объявила о своем партнерстве с организацией Parley For The Oceans (они занимаются спасением мирового океана). Одна из основных идей, которую тиражируют Parley — использование пластического океанического мусора (рыбацкие сети, пластиковые бутылки и т.д.) для производства волокна, из которого потом создается тот или иной продукт.

nazad

В Stella McCartney (абсолютно веганском бренде, который не использует в своих изделиях натуральную кожу и мех) планируют производить из полиэстера, полученного в результате переработки океанического пластика, обувь, сумки и верхнюю одежду. На этой продукции будет пришита бирка Parley For The Oceans. В рамках своей коллаборации с Adidas Стелла уже сотрудничала с организацией (тогда как Adidas x Parley — более масштабная история. Каждый кроссовок из коллекции Adidas x Parley — это плюс/минус 11 переработанных пластиковых бутылок. И планете приятно, и клиент себя погладил по голове, и денег заработали — win-win. Следующая цель — создать миллион пар ultraboost’ов (самая популярная нынче модель кроссовок у Adidas) в ближайшее время, а также к следующему году полностью перейти на 100% безупречный с точки зрения экологии коттон.

ФОТО_5

Экологический подход к ведению бизнеса Stella McCartney заключается не только в неиспользовании кожи или меха — например, кашемир создается из производственных отходов кашемировых фабрик (то есть, это может считаться косвенным продуктом), а вискоза, из которой шьется одежда, не имеет ничего общего с вырубкой лесов, которые и так находятся на грани исчезновения.

ФОТО_6

Самое интересное во всем этом, что подобная бизнес-модель Stella McCartney означает для бренда дополнительные расходы — экологически-friendly синтетические материалы зачастую стоят дороже натуральных, кроме того, при ввозе товаров бренда в США, они вынуждены платить дополнительные пошлины, однако в контексте идеологии less is more, доминирующей в двадцать первом веке, производить дорогое малыми тиражами выгоднее, нежели штамповать ширпотреб, который рано или поздно просто откажутся покупать.

ФОТО_7

Или вот еще одна действительно сказочная история. Несколько лет назад два товарища из Сан-Франциско (один из которых — основатель Hedge Gallery, другой — чувак с -дцатилетним опытом в финансах) придумали компанию, которая побила бы все рекорды по корпоративной социальной ответственности. Они создают балетки (да-да, незаменимый атрибут женского гардероба) из мусора. Но какие балетки! Чтобы разработать финальную версию продукта, им понадобилось четыре года (обычно на создание коллекции в fashion команде дизайнеров нужно от четырех до шести месяцев). Но это того стоило.

ФОТО_8

Для того, чтобы получить эту обувь, нужно привезти собранные для переработки пластиковые бутылки, промыть их горячей водой и простерилизовать, нарезать на тонкие кусочки, затем сделать из этих кусочков гранулы, которые отправить в специальную машинку, которая нагревает эти гранулы и создает из них нити, из которых потом и плетутся туфли. Плетением занимается компьютер, в котором заложены опции цвета, размера, узора и, собственно, модели.

ФОТО_9

Nike Flyknit производятся аналогично, но у Rothy’s (так они называются) производственный процесс зашел дальше — они плетут в трех измерениях, а не в двух, что позволяет быть практически полностью безотходными. Производство каждой пары обуви занимает порядка шести минут. Говорят, что балетки супер-удобные, отлично носятся, легко стираются в машинке и высыхают за сорок минут.

ФОТО_10

nazad2

У Rothy’s всего две модели — the Flat с круглым носом за $125 и остроносые the Point  за $145 — и это действительно гениальная стратегия для капиталистического мира, зараженного вирусом overconsumption, где проблема выбора — едва ли не самая большая головная боль.

После того, как балетки сносятся (ничто в мире не вечно) компания бесплатно заберет их у вас для грамотной утилизации. В частности, «текстильная» часть обуви используется для производства ковров для йоги — едва ли можно придумать что-то более калифорнийское.

ФОТО_13

Стоит сказать, что Rothy’s — классические стартап, который привлек уже $9 млн. инвестиций (из них $7 — в мае). То есть, технологические парни смотрят теперь не только в виртуальную реальность, но и в моду — берегись, Chanel (об этом, кстати, мы с Олей писали в Forbes.

В сухом остатке следует в очередной раз констатировать факт изменения моды как финальной картинки и как бизнеса с огромным закулисьем — сначала большие бренды, которые о шелках и платьях, стали выпускать спортивную одежду и обувь, затем они решили спасать планету. А что мы с вами — нам это действительно очень нравится. Ведь в шелках и платьях — только в театр, а в балетках из пластиковых бутылок — куда угодно.

ФОТО_14

Балетки, кстати, отличные. Обязательно себе закажу. И скажите потом, что я первой сказала о том, что Rothy’s — это новые uggs.

Комментарии