6 февраля 1799 года в одной из мадридских газет Diario de Madrid появилось внушительных размеров объявление, сообщающее о выпуске графической серии из 80 листов. Это была самая настоящая реклама сборника, в которой автор долго пояснял, что его сатира не была направлена против кого-либо конкретного, но обличала пороки общества в целом, и при этом он не забывал расхваливать своё мастерство гравёра и уникальность своего творения. И, конечно же, он был абсолютно прав, ведь речь шла об одном из наиболее загадочных и фантасмагорических произведений в истории искусства – «Los Caprichos» («Капричос»). И автором его был знаменитый художник и гравёр Франсиско де Гойя Лусиентес.

Автопортрет-Франсиско-Гойя

Автопортрет

К концу 1780-х годов Франсиско Гойя уже был прославленным живописцем, услуги которого пользовались огромной популярностью. Он писал портреты герцогов и их жён, оформлял дворцы испанской знати — в общем, дело Гойи процветало. Кроме того, пользуясь покровительством герцогини Альба он получил в 1789 году место придворного художника и нажил немалое состояние, работая для самого короля Испании Карла IV. Однако, блистательная карьера Гойи продолжалась недолго, ведь к концу 1792 года с ним приключилась тяжёлая болезнь, вследствие которой художник почти полностью потерял слух. Но другие его чувства значительно обострились. С этого момента в жизни и творчестве мастера наступил совершенно другой, более мрачный и сложный период. В его творениях больше не было светлых и жизнерадостных тонов, отсутствовали и красочные светские сюжеты. Гойя стал внимательнее присматриваться к окружающим и внезапно осознал, что существующий традиционный уклад испанского общества грешит эфемерностью, а весь внешний лоск испанского двора (да и не только) скрывает свою уродливую сущность под маской добродетели. И с этого момента его сознание всё больше поглощали размышления о сущности человеческой природы, о людских пороках, о всех тех средневековых предрассудках, которые всё ещё процветали в Испании.

Хомячки

«Хомячки»

В 1793 году Гойя стал делать первые наброски к серии, планируя озаглавить её «Сны разума» по названию одного из рисунков. Изначально художник хотел посвятить её колдовству и ведьминым шабашам, но в процессе работы Гойя отказался от этой задумки, придав своим работам сатирический и в значительной мере социальный характер, хоть и не без нотки мистики. Само же название «Caprichos» переводится с испанского приблизительно как каприз, фантазия, игра воображения. «Капричос» – не были всего лишь набором графических изображений, объединённых одной темой, они стали настоящей симфонией испанского народного искусства, социально-политических карикатур Французской революции, средневековой демонологии и испанской сатирической традиции «золотого века». В гравюрах Гойя использовал образы из испанских народных пословиц, поговорок и басен, которые должны были высмеивать общечеловеческие пороки и суеверия – лицемерие, трусость притворство, жестокость, корысть и прочие. Каждой из них он давал краткие сатирические и порой даже слишком грубые названия. Те же названия, которые, по мнению автора, недостаточно чётко выражали сущность изображения, снабжались разъясняющими комментариями.

Теперь-они-сидят-правильно

«Теперь они сидят правильно»

Брависсимо!

«Брависсимо!»

Вся серия была выполнена в крайне мрачной тональности, которая полностью соответствовала болезненному состоянию художника. Он даже поместил на первом листе свой автопортрет, который передавал ощущение тревожности и глубокого страдания, которое Гойя испытывал в то время из-за мучительных головных болей и кошмаров. И хотя первоначально серию должна была открывать наиболее знаменитая гравюра из этой серии – «Сон разума рождает чудовищ», всё же высокопоставленные приятели Гойи отговорили его от этого, ведь сборник и так носил слишком провокационный характер.  Но именно эта гравюра стала лейтмотивом всей серии. «Когда разум спит, фантазия в сонных грезах порождает чудовищ, но в сочетании с разумом фантазия становится матерью искусства и всех его чудесных творений», – таким пояснением Гойя сопроводил этот офорт. Именно разум в сочетании с воображением, по мнению Гойи, был призван создавать прекрасные творения искусства, в то время, как сон этого самого разума был способен производить нечто ужасное, погружая человека в бездонную пучину воображения. Отсюда же исходили и идеи всех остальных гравюр из серии, ведь каждый порок, человеческая слабость и другие неприятные стороны людской сущности в офортах имели своё гротескное отражение. И в представлении художника они побеждали добродетели. Обличая свою сущность лишь ночью, они превращались в ведьм, демонов, домовых и прочую нечисть, а днём становились вполне примерными гражданами.

Мы-приходим,-когда-загораются-звёзды

«Мы приходим, когда загораются звёзды»

Время-проснуться!

«Время проснуться»

Всего Гойя выпустил 300 комплектов гравюр, из которых продано было лишь 27. Остальные же спустя 4 дня после выхода в продажу были изъяты по приказу инквизиции, которая посчитала кощунственными эти карикатуры. И это не удивительно, ведь церкви в этих язвительных гравюрах досталось больше всего насмешек. Кроме того, чтобы загладить вину перед Карлом IV Гойя передал ему собрание репродукций своих работ, а также 80 тех самых подготовленных для «Капричос» типографских пластин и все непроданные их копии вместе с рукописными листами. После этого ни одна из серий Гойи не был выпущена в свет при жизни мастера.

Если-б-я-знал,-от-чего-он-умер

«Если б я знал, отчего он умер»

Сон-разума-рождает-чудовищ

«Сон разума рождает чудовищ»

Так, знаменитый художник и гравёр эпохи Просвещения Франсиско Гойя благодаря тяжёлой болезни и личным психологическим потрясениям смог отчётливо увидеть картину окружающего мира, где каждый скрывал свою сущность за маской. И увидев всё это, он смог на универсальном языке графики рассказать свою правду в непревзойдённой остро сатирической манере. И таким образом его «сны разума» обрели своё место в искусстве.

Автор статьи: Нонна Довбыш

Комментарии