Имя Леона Бакста, урождённого Лейб-Хаима Израилевича Розенберга, стало настоящим символом эпохи модерна – парижский свет восхищался созданными им декорациями и костюмами к театральным постановкам, он то и дело появлялся на страницах журналов, посвящённых искусству и моде, а его особый «бакстовский» стиль стал притягательным не только для заядлых театралов, но и для парижских модных домов. Так, русский художник и художественный критик Мстислав Добужинский писал о нём: «Леон Бакст – стало звучать как наиболее парижское из парижских имён».

eskiz-dekoratsij-k-baletu-spyashhaya-krasavitsa

eskiz-dekoratsii-k-baletu-sheherezada

Родившийся в 1966 году в провинциальном Гродно, Лейб-Хаим Розенберг очень быстро обнаружил тягу к искусству и после переезда в Петербург сразу же приобщился к вольному слушанию лекций в Академии Художеств. Конечно, было и множество других увлекательных событий, связанных с творческим и жизненным путём художника, но, пожалуй, наиболее знаковым для него стало приобретение псевдонима – Леон Бакст и присоединение к группе писателей и художников во главе с Сергеем Дягилевым и Александром Бенуа «Мир искусства». Так, первая слава пришла к Баксту именно после издания первого номера журнала «Мир искусства», где и была опубликована его графика. Но это стало лишь началом, ведь действительно знаменитым его сделали вовсе не графика и живопись, хотя и они были выполнены в великолепной манере, а его работы для театральной сцены.

eskiz-kostyuma-k-baletu-sheherezada-shah-shahrir

eskiz-kostyuma-tsarevicha-k-baletu-zhar-ptitsa

eskiz-kostyuma-k-baletu-sheherezada-serebryanyj-negr

Первый опыт в создании театральных постановок Леон Бакст получил в 1903 году в Петербурге, когда его пригласили поучаствовать в оформлении балета «Фея кукол». И, конечно же, его дебют не остался без внимания, более того, его эскизы к костюмам и декорации вызвали просто невероятный восторг у зрителей. Для Александрийского театра в Петербурге художник оформил ещё несколько спектаклей по античным трагедиям, но в 1909 году он был выслан из Петербурга как еврей, не имеющий права на жительство, и потому был вынужден переехать в Париж. Переезд в мировую столицу моды и искусства сыграл самую важную роль в его жизни, ведь в то время в Париже триумфально гремели «Русские сезоны» С. Дягилева, который пригласил Бакста оформить для его труппы несколько балетов.

eskiz-kostyuma-k-baletu-sheherezada

eskiz-kostyuma-k-baletu-nartsis

eskiz-kostyuma-k-baletu-spyashhaya-krasavitsa

Так, в 1909 году Бакст создал свои первые эскизы костюмов и декорации к балету «Клеопатра», который был представлен в театре «Шатле». Это было поистине начало театральной эпохи Леона Бакста, ведь атмосферу эйфории и восторга, которые царили тогда в зале, было трудно передать словами. Но Дягилеву в свойственной ему манере всё же удалось выразить всеобщее мнение: «Успех? Триумф? – эти слова ничего не говорят и не передают того энтузиазма, того священного огня и священного бреда, который охватил всю зрительную залу».

eskiz-kostyuma-zhar-ptitsy

eskiz-kostyuma-k-baletu-goluboj-bog-v-glavnoj-roli-vatslav-nizhinskij

С этого момента любое представление, в создании которого участвовал Бакст было настоящим событием, которое собирало все сливки парижского общества. Костюмы и декорации Бакста для балетов С. Дягилева «Клеопатра» (1909), «Египетские ночи» (1909), «Шахерезада» (1910), «Карнавал» (1910), «Нарцисс» (1911), «Дафнис и Хлоя» (1912) ознаменовали взлёт его творчества. Ведь с тех самых пор критики только и писали, что он «свёл с ума Париж». Даже сам Марсель Пруст преклонялся перед ним. В сущности, Бакст произвёл революцию в мировом театральном искусстве, объединив разрозненные ранее декорации, костюмы, сюжет и движение в одного гармоничное целое. В его работах удивительным образом сочетались насыщенная цветовая гамма и графические линии, роскошь и утонченная изысканность, а также глубокое пристрастие к орнаментам, которые придавали невероятную динамику движениям танца.

eskiz-kostyuma-kleopatry-dlya-idy-rubinshtejn

eskiz-kostyuma-k-baletu-nartsis-vakhanka

Кроме того, стиль Бакста был воспринят не только театральной публикой, но и парижскими модными домами, которые стали использовать в своих работах элементы ориентализма, введённые в моду именно Бакстом. К тому же, он был очень востребованным создателем орнаментов для тканей. И даже сам Поль Пуаре создавал коллекции на основе работ русского мастера.

Но уже в 1918 году у Бакста с Дягилевым произошёл разрыв, который был связан, вероятно, с эстетическим разногласиями мэтров. Впрочем, уже в 1921 Бакст возобновил дружбу с Дягилевым, оформив для него балет «Спящая красавица». После окончания Первой мировой войны Бакст покинул Европу и перебрался в Соединённые Штаты, где создавал постановки для прославленной танцовщицы Иды Рубинштейн и читал лекции. Так, в 1923 году Бакст даже выступил в нью-йоркском отеле «Plaza» с лекцией о моде и дизайне «L’Art du Costume et les lois, ces applications selon toute individualite», получив за неё гонорар в размере 2 тыс. долларов. Текст этой лекции был опубликован в журнале «Vogue».

vogue-usa-eskiz-k-baletu-volshebnaya-lavka-1920

В том же году Бакст вернулся в Париж в зените своей славы, неустанно работая над бесконечными заказами, от которых он не хотел отказываться. Он даже мечтал о создании собственного Дома моды и универсального дизайна и реализации многих других арт-проектов. Но всего этого он сделать так и не успел. Во время работы над постановкой балета для труппы Иды Рубинштейн «Иштар» Леон Бакст не выдержал безумного темпа работы и был госпитализирован с «нервным срывом». Спасти его уже не могли. Он покинул этот мир 27 декабря 1924, по одной из версий, от «отёка лёгких».

eskiz-dekoratsij-k-baletu-kleopatra

Бакст работал до последнего своего дня, создавая неповторимые шедевры театрального костюма и великолепные атмосферные декорации для спектаклей, оставив тем самый неизгладимый след не только в театральном искусстве, но и в истории моды и дизайна. Тонко уловив веяния эпохи, он стал настоящим воплощением парижского вкуса, хоть и был иностранцем. «Бакстовскому» стилю поклонялись и считали его настоящим кумиром. И самым точным подтверждением этого служили слова всё того же Добужинского: «Его признал и «короновал» сам изысканный и капризный Париж, и что удивительно, – Бакст все-таки оставался одним из несменяемых законодателей вкуса».

kostyum-idy-rubinshtejn-k-misterii-muchenichestvo-svyatogo-sebastyana

ida-rubinshtejn-v-roli-ishtar

vatslav-nizhinskij-v-balete-peri

Автор статьи: Нонна Довбыш 

Комментарии