Портовый Росток, город на севере Германии, как обычно полон туристов, мечущихся между узкими улочками и старинными мануфактурами, в поисках подарков и сувениров. Повод для такой суеты вполне понятный — через неделю в Европе наступит католическое Рождество. Декабрь как декабрь, если бы не одно «но».

Ранкин Росток

Ранкин

13-го декабря в галереи «Rostock Bundeskunsthalle» состоялось открытие выставки «Less is more. Rankin». Основатель журналов «Dazed&Confused», «RANK», «Hunger», «AnOther», всемирно известный фотограф и режиссер, Ранкин предложил зрителю поиграть в игру «больше-меньше», в которой существует лишь одно правило — равновесия нет. Его фотообъектив не пытается «удержать» или «сохранить» эмоцию. Все чувства одинаково хрупкие и нестабильные. Важно оставить снимку возможность дышать, говорить и слушать, утверждать и теряться в сомнениях. «Less is more» — это попытка показать не разнообразие накопленного материала, это желание поделиться тем, что важно для самого художника.

Tuuli Forever

Tuuli Forever

Tuuli Forever

Tuuli Forever

Tuuli Forever

фотограф Ранкин

Tuuli Forever, 2010.

«С ней все просто: она — моя жена», пишет Ранкин в своей книге «Tuulitastic: A Photographic Love Letter» (2008). Для него слово «просто» равнозначно взаимопониманию. Идея еще не родилась, загорелась только вспышка, но эти двое уже точно знают, что они сделают это вместе. Пусть подготовка будет занимать 10 часов, а съемка всего лишь 5 минут. Особенных 5 минут, в которых нет расстояния между фотографом и моделью, 5 минут, где двое равнозначно сумасшедшие и счастливые.

Фиона Брайс в тележке для покупок

Фиона Брайс в тележке для покупок, 1999.

Один из самых узнаваемых снимков Ранкина был рожден мимолетным желанием. Позируя перед объективом фотографа на площадке подземного паркинга, Фиона Брайс предложила сделать фото в забытой кем-то тележке из ближайшего супермаркета. Это была одна из самых веселых съемок. Машины сигналили, ассистенты суетливо ерзали по площадке, пытаясь прикрыть модель от подтягивавшейся толпы, но Фионе было всё равно. Без слов она поделилась с Ранкиным своей историей о флирте, заставляющем игнорировать общественные нормы поведения, о чувстве влечения со сладко-горьким привкусом отчаянья. Ее зацепила девушка, разбудив в ней желание. Сложное, трудно управляемое чувство, которое  неуютно сдерживать и практически невозможно контролировать. Чувство, для которого запретность неощутима, а границы размыты.

Ранкин, он же Рембрандт

Ранкин, он же Рембрандт, 2014.

Осенью 2014-го очередь в Лондонскую Национальную Галерею выросла втрое. Причина такого ажиотажа проста — открытие выставки «Рембрандт: последние работы». Канал BBC TWO предложил Ранкину присоединиться к съемкам документального фильма о великом голландском живописце. Так появилась серия адаптированных фотопортретов по мотивам картин Рембрандта. В коллаборации приняли участие Терри Гиллиам, Кен Лоуч, Зандра Родес и Уна Стаббс. Пытаясь добиться идеальной Рембрандтовской светотени, Ранкин делает яркость уязвимой, практически исчезающей субстанцией. Своей работой он был настолько увлечен, что уступил собственным правилам. Взяв на себя больше, Ранкин снимает свой автопортрет в образе живописца. Он не желает проводить параллели и сравнивать себя с Рембрантом. Его цель — посмеяться над собой, посмеяться над осуждающими. И шутка удалась. Нашлись те самые сетевые донкихоты, рыцари печального образа, доблестно защищающие честь Рембрандта, оставляя неуклюжие комментарии. Растворившиеся во времени осуждения, дела до которых нет ни Рембрандту, ни Ранкину.

Momento Butterflies Ранкин

Momento Butterflies, 2014

«У меня две зависимости: черепа и бабочки». Вдохновленный карнавальным шествием в честь Дня Мертвых в Мексике, Ранкин создает серию работ «The Face of Death». Снимки не просто уходят от клише «фотография», они трансформируются практически в живой перформанс. Кажется, что бабочки сейчас вспорхнут, и откроется лицо, с которым так страшно столкнуться, лицо смерти. Современное фотополотно оживляет женщин племени киче. Модели перевоплощаются в прекрасную Иш-Чель — богиню, которой приносили свои дары индейцы майя и ацтеки, прося о прощении и созидании.

Майкл Джексон

Look like Jackson, 2001.

Фотопара, Майкл Джексон и его двойник номер один — Нави. Даже самые преданные фанаты едва ли различили бы этих двух. Более утонченные контуры лица кумира миллионов — единственное, что наталкивает на мысль «who is who». Снимок, создан Ранкиным, не для сравнения, а скорее как попытка еще раз поиронизировать. Увы, но правда такова — Photoshop и пластическая хирургия меняют только обложку, над содержанием нужно работать самостоятельно. Труд, который под силу не каждому.

Кейт Орр

Mannequin, 1999.

«Много красивых тел, мало красивых душ». Еще одна история из книги «Rankin Nudes». В роли музы — Кейт Орр. Через два месяца «Интим», фильм с её участием, выиграет главный приз Берлинского кинофестиваля. В кадре Ранкин видит плоть и кровь, девушку, которой не знаком шифр «copy-paste». Обнаженная красота манекенов так и остается безмолвным пластиком. В то время как Кейт, в одежде или без нее, личность.

Geometric Georgie Ранкин

Geometric Georgie, 2015

Одна из последних работ Ранкина создана совместно с бьюти-редактором журнала «Hunger» Эндрю Гэллимором. Красота выше коммерции, выше, чем уровень глянцевого издания. Фотография, которой Ранкин пытается напомнить, что искусство — это не прикосновение пальцев к экрану смартфона. Искусство требует диалога, беззвучной игры взглядов, взвешиваний «за» и «против», понимания и отвержения. Игры по его любимому правилу — «меньше — это больше».

Автор статьи: Лида Ветчинова

Хочешь стать частью проекта? Напиши нам

Комментарии