В 1937 году в столицу Франции пришло известие, что немецкая армия бомбардировала по приказу Франко маленький город в Испании – Гернику. Это сообщение стало решающим в процессе работы Пикассо над презентацией испанского павильона на всемирной выставке. То есть художник внезапно обрел то, чего ему недоставало для художественного воссоздания гнетущей обстановки в своей родной стране. Трагедия, обрушившаяся на Гернику, стала сущностью общей реальности. Так, «атмосфера, создаваемая окружавшими его друзьями, разделявшими его внутренние терзания, его неистощимая энергия, подхлестываемая сообщениями об ужасах войны, дали толчок творческому порыву» (Воланд Пенроуз). Через месяц после первого наброска в мастерской роскошного дома XVII века в самом сердце Парижа было установлено полотно форматом 3,5 х 7,5 м.

Пабло Пискассо, эскиз

Пабло Пикассо, эскиз, 1937

Пабло Пикассо, Герника, 1937

Пабло Пикассо, Герника, 1937

Таким образом, картина была завершена в кратчайшие сроки и своим появлениям всецело развеяла слух о поддержке Пикассо политики Франко. Кроме этого, художник заявил: «Война в Испании – это борьба реакционных сил против народа, против свободы. Вся моя жизнь художника посвящена ежедневной борьбе против реакционеров и против смерти искусства. Как кто-то мог поверить хоть на минуту, что я присоединился к реакционерам и смерти? Когда гражданская война в Испании началась, испанское демократическое правительство предложило мне стать директором музея Прадо. Я немедленно ответил согласием по почте. В «Гернике» я выражаю ясно мой ужас перед милитаристскими группировками, которые повергли Испанию в океан боли и смерти…».

В картине принципиально важным для Пикассо было вовлечь в общую композицию фигуры людей и животных – быка, раненой лошади, женщины, держащей лампу, воина – через которых художник передает общую трагедию и приходит к выводу о том, что любая война – это не просто бессмысленное насилие, а уничтожение и исчезновение всего живого. Потому для передачи «момента разрушения, отчаяния и горя», художник широко использует изломанные линии и строит рассказ через элементы кубизма, что придает дополнительной эмоциональной напряженности.

Вечная Герника Пикассо

Вид экспозиции

Так, выразив свой ужас в самой большой и трагической картине XX века, работа предстала перед глазами тысячи людей в испанском павильоне на Парижской выставке. И, что покажется странным, работа не нашла отклика у зрителя. Великий архитектор Ле Корбюзье написал в своем отзыве, что Герника видела лишь спины посетителей. То есть при виде хаоса человек склонен уклоняться от просмотра, отворачиваться, чтобы не видеть то, на что способен человек. Между тем, интеллигенция из разных стран на выставке высоко оценила работу Пикассо, учуяв и пророчество, и признав в ней выражение своего отношения к фашизму и войне, ставшими на тот момент синонимами.

Более того, в дальнейшем для многих художников «Герника» стала источником вдохновения для собственных художественных интерпретаций. Одна из таких – это картина датского автора Рихарда Мортенсена «Видение» (1944).

Рихард Мортенсен. Видение. Картина для Артюра Рембо (1944)

Рихард Мортенсен. Видение. Картина для Артюра Рембо, 1944

Художник считал её одной из своих самых важных работ, созданных в 1940-е гг. и посвятил её поэту Артюру Рембо, прочитав его «Озарения». Его небольшой фрагмент: «О пепельное лицо, эмблема волос, хрустальные  руки!  // Жерло  орудия,  на которое должен я броситься – сквозь ветер и буйство деревьев».

Так «Видение» Мортенсена стало протестом против Второй мировой войны.

Также «Герника» стала основой для режиссёра Эмира Кустурицы, который в 1978 снял одноименный короткометражный художественный фильм.  Это была его дипломная работа в пражской киношколе FAMU.

Эмир Кустурица, Герника, кинофильм, 1978

Обращается к «Гернике» и американский художник современности Рон Иншлиш, который считает работу Пикассо важнейшим произведением искусства XX века, преломляя её изначальный посыл сквозь злободневность сегодняшнего дня. Так, Рон Инглиш берет за основу иконографию «Герники», возводя её до уровня универсальной ценности и неоспоримого шедевра. Художник  в своих работах «по мотивам Герники» варьирует основные композиционные элементы, обнажая через них фанатизм культа потребления, глобализма и корпоративной культуры – новой формы войны в условиях современного мира, замаскированного под тотальное развлечение. Так каждый образ художника начинает символизировать определенный архетип языком поп-арта.

Рон Инглиш, X-Ray Division, из серии Герника

Рон Инглиш, X-Ray Division, из серии Герника

И, пожалуй, в завершение обзора о влиянии картины Пикассо, я обращусь к работе украинского художника Дмитрия Молдованова, который сосредоточен не столько на ужасах войны, сколько на самой её философии. Например, в своем масштабном полотне 2015 года «Генрика», художник, восстанавливая композиционные и смысловые составляющие одноименной работы, продолжает манифест Пикассо: война – это распад материи. Это период безвременья, когда все живое находится за пределами привычных чувств и отношений. То есть, это даже не насилие, на котором делал акцент Гойя в XVIII веке, а ужас начала третьего тысячелетия, который навис над очередной «Генрикой».

И, если, Пикассо ограничивает свою палитру черным, белым и серым – оттенками траура, то Молдованов, напротив, в характерной для себя манере использует открытые агрессивные цвета, доводя их до критической черты экстатической выразительности. Все в его холсте кричит и пылает. Только лишь человек в окне, держащий в руке свечу, является тем самым свидетелем происходящего. И, возможно, единственной надеждой на спасение.

Дмитрий Молдованов, Герника, 2015

Дмитрий Молдованов, Герника, 2015

Хочешь стать частью проекта? Напиши нам

Комментарии