В последнее время информационная война сильно бьет по личностям, никак не связанным с политикой: от любого артиста или художника требуют четко выраженного мнения относительно острых социальных вопросов, и, если его точка зрения не совпадает с точкой зрения поклонников, те незамедлительно наполняют интернет комментариями в стиле «никогда больше не прочитаю ни строчки/не взгляну на картину/не приобщусь к искусству N, поскольку он мне омерзителен». Странно, что, уделяя столько внимания гражданской позиции писателей и музыкантов, мы так мало внимания обращаем на их поступки в личной жизни: осуждая художника за то, что он, к примеру, русофил, мы почему-то закрываем глаза на то, что он вдобавок изменяет жене или не платит алименты, хотя и первый, и второй факт никак не отображаются в его непосредственном творчестве.

750

Более того, чем более агрессивно, вызывающе и беспорядочно ведет себя публичная личность, тем большим обожанием ее окутывает публика. Девушки приходят в восторг от грубости, сарказма, пренебрежения – только посмотрите, как популярны сериальные персонажи наподобие Шерлока (в исполнении Камбербэтча) или Френка Андервуда. Почему этот типаж стал эталоном нашего поколения? Необъяснимо. Единственное, что можно сказать с уверенностью: живи Сергей Довлатов в наше время, он быстро стал бы известной медийной личностью: в вечном страдании и поиске, грубый, безапелляционный, самоуверенный и одновременно безразличный к общественному мнению – чем не кумир миллионов?

довлатов рисунки

Большинство произведений Довлатова – суть биографические, не документальные, но крайне реалистичные: историчностью, фантастикой, романтическими сюжетами он не грешил, черпая материал из окружавшей его действительности – но в ней было достаточно и любви, и политики, и фантастически абсурдных событий эпохи, в которую он жил, так что даже пересказанные неэмоциональным, склонным иронизировать над всем на свете автором, довлатовские сюжеты порой доводят читателя до слез. Хотя скорее, конечно, вызывают смех.

довлатов3

Исходя из той же биографичности его произведений, можно сделать вывод, что большую часть жизни Сергей Донатович провел в нетрезвом состоянии: так он смягчал свои тяготы взрослой жизни, к которой был абсолютно неприспособлен. Контакты с миром давались ему тяжело: он практически никогда нигде не работал на постоянной основе, оставаясь «внештатным редактором»; был отчислен из университета, по его словам – из-за большой любви, с которой никак не складывались отношения, точнее складывались, но болезненные и суматошные, и слишком сложно было совмещать финскую филологию и драму. Неприятным, но впечатляющим периодом его жизни стала военная служба – после трех лет, проведенных в республике Коми, Довлатов вернулся в Москву, цитируя Бродского, «как Толстой из Крыма, со свитком рассказов и некоторой ошеломлённостью во взгляде». Казалось бы, подобный эксперимент мог повлиять на писателя, заставить повзрослеть и стать серьезнее, но творческий душевный склад, который сам по себе предполагает повышенную эмоциональность и обостренное восприятие всего, помноженный на крайний инфантилизм и безразличие к будущему оставались верными спутниками Довлатова до самой смерти – довольно преждевременной, не в последнюю очередь так же в силу безразличия, в этом случае — к себе и своему здоровью.

87091D48-6BA9-43F3-BC7C-58E9EFFC336A_mw1024_s_n

Распространено мнение, что Довлатов был ловеласом: высокий, статный, постоянно разгоряченный алкоголем и, неоспоримо, обаятельный и искрометный – можно согласиться, что он нравился женщинам. Недавно, правда, я прочла, что неразборчивые связи писателя – всего лишь миф, созданный его второй женой. Говорят, что Елена была тем «движущим стимулом», опорой и «мамочкой», которая долгие годы организовывала писательский быт, и сложно поверить, что после смерти мужа она стала бы работать над мистификациями, связанными с его именем. Впрочем, в наше время подобное поведение принесло бы ему статус «сэкс-символа» и благотворно повлияло бы на продажи произведений.

Судить публика стремится по вопросам морали и социальных взглядов – а в этом плане к Довлатову не придерешься: он тонко чувствовал и ненавязчиво высмеивал всю подлость, лесть, фальшь, в себе, в окружающих, в тоталитарном режиме его страны, который вынудил писателя эмигрировать. Впрочем, в своих биографических заметках сам Сергей Донатович пренебрежительно отзывался о своем статусе «борца за справедливость»: (об отчислении из университета) «В дальнейшем я говорил о причинах ухода — туманно. Загадочно касался неких политических мотивов. На самом деле все было проще. Раза четыре я сдавал экзамен по немецкому языку. И каждый раз проваливался. Языка я не знал совершенно. Ни единого слова. Кроме имен вождей мирового пролетариата. И наконец, меня выгнали. Я же, как водится, намекал, что страдаю за правду».

довлатовв2

На самом деле, за правду он, безусловно, страдал. Так за обостренное понимание правды страдает большинство талантливых писателей, погрязших во всевозможных видах саморазрушения. В наше время эти «рыцари печального образа» стали крайне популярны, по крайней мере, в мире шоу-бизнеса и кино, поскольку вряд ли хоть одна из восторженных фанаток выдержала бы больше недели реальной жизни с обожаемым кумиром. Мне же очень хочется, чтобы, читая действительно замечательные книги, мы отсеивали всю шелуху из предубеждений и слухов, связанных с личностью автора, и просто воздавали бы дань настоящей Литературе. Книги Довлатова, без сомнения, именно из таких.

img_3439

Автор статьи: Александра Даруга

Заглавная иллюстрация: Хозацкая Екатерина

Хочешь стать частью проекта? Напиши нам

Комментарии