В рубрике «Космополит» украинцы, живущие за границей делятся своими впечатлениями от новой страны, любимыми местами, рассказывают о разнице культур и менталитетов. Наша новая героиня — джазовая певица Шура Русанова, которая учится и работает в Париже. 

Когда я впервые приехала в Париж, мне хотели им похвастаться и показать город в самых лучших его проявлениях, потому, сразу же после самолета меня повезли в туристический центр города поужинать. Когда я вышла из машины, в нос молниеносно врезались запах мочи и жареного мяса, и мне показалось, что в этом месте мир продает себя за бесценок. Сказать, что мне не понравилось — промолчать. Дальше впечатление стало исправляться, хотя бы потому, что я старалась избегать подобных крымских набережных. И мне понравилось, например, сидеть на берегу Сены и курить или не теряться в метро, или много долго ходить смотреть и запоминать. Потом я вернулась в Киев и хотела вернуться в Париж, а возвращаясь в Париж, хотела вернуться в Киев. Потому что лучше всего на свете я умею скучать. Как сейчас по Киеву, в котором у меня живут бабушка с дядей и друзья, по которым мое сердце часто сжимается, и появляется такая, знаете, грустная улыбка.

Шура Русанова

Шура Русанова

Шура Русанова

В 2011 году мне посчастливилось поехать в поселок Мarciac на джазовый мастер-класс при фестивале. И там, наверное, и случилась маленькая любовь, потому что я встретила четверых ребят, прекрасных музыкантов и очень качественных людей. Мы стали сюперпотами (superpote — лучший друг на слегка измененном французском). Когда мы впятером встретились в Париже по прошествии нескольких месяцев, мои друзья сказали, что было бы неплохо, если бы я приехала учиться в Париж, тем самым позволив нам играть музыку и куролесить вместе. Я подумала, мол, клевая идея, и два года в Киеве елозила на месте. В 2013 году я поступила в парижскую консерваторию. Было очень больно, потому что я уехала в тот момент, когда в Украине начало происходить страшное, было стыдно жить свою размеренную жизнь здесь, когда там каждый рассвет алый, каждый закат алый. Позже я стала писать песни о родине, одну из которых спела на Radio France не так давно. Мы проделали нелегкую работу: Николя написал музыку, Сашка перевела текст, Жан сыграл. Я была мертва со страху, потому что люди по всей Франции слушали наш эфир, а для меня это было чем-то вроде личного Майдана.

Шура Русанова

Шура Русанова

Весь прошлый год я была редкой певицей и прилежной ученицей, а в этом году к прочему стала певицей-продавщицей, теперь у меня совсем нет свободного времени, но мне нравится такой путь, во всяком случае, он мне подходит. Мы с Николя создали дуэт Wormsanova, большая часть репертуара которого — грустные баллады, играем мы их медленно и невыносимо грустно — все, как я хотела. Еще пою с биг-бэндом, там всё весело и подвижно, свинг, все дела, его я ласково называю Gang band. Иногда Жан приглашает меня петь в свой джазово-барочный коллектив, иногда Клеман — в сугубо джазовый, с другим Николя мы замутили дуэт тромбон-голос, музыка выходит такой же странной, как и ее описание. Поначалу мне показалось, что Париж прекрасен тем, что здесь культ стариков и вежливости, а это помогает со светлой улыбкой смотреть в будущее. Французы — хорошие люди, среди которых бывают плохие люди: есть двуличные, есть просто мерзкие, всё как везде. Кому-то везет по жизни встречать клевченких, кому-то наоборот. Мне нормально, у меня собралась здесь могучая кучка родных сердцу. Каждый раз, когда я сильно грущу по Украине, они рядом, это отлично трогает. Здесь очень много хороших концертов и фестивалей, бывает, что несколько за вечер, и ты такой мол, туда-сюда, а в итоге никуда. Например, ты идешь в Salle Pleyel, в которой играл свой «Live in Paris» Джон Колтрейн, или же в Theatre des Champs-Elysees, в котором Стравинский поставил «Весну священную». Либо же ты пялишься на потолок Шагала в Оpera Garnier, пока на сцене балет Прельжокажа, а твой сюперпот пишет музыку для невозможно большого проекта в Оpera de Рaris, а другой сюперпот оказывается лучшим в мире клавесинистом. И в этом всем ты живешь, ты причастен к какой-то магии рождества.

Шура Русанова

Шура Русанова

Из любимых мною мест можно вспомнить 9-й район, в котором я, как минимум, учусь, Pont Neuf и Samaritaine, которые так любит Леос Каракс, район Монмартра, в котором концентрируются мои друзья из созвездия психоделического рока, вегетарианский ресторан Loving hut недалеко от Бастилии, район Marais с маленьким сквером, в котором мы нашли кусты в форме герба Украины, когда ходили есть самые вкусные на свете фалафели, продающиеся прямо напротив очереди за фалафелями менее вкусными, но знаменитыми. Обожаю такую концепцию! Но больше всего я люблю свой сад в маленьком городе Вievres под Парижем, там плещется в траве наша собака, кричат зеленые попугаи, разные менее яркие птицы, белки и другая фауна центральной Франции. Там мамины красивые, как в детстве у бабушки на даче, цветы, есть большое озеро и не очень красивая статуя, покрытая мхом. Дома любимая семья, наш украинско-французский островок любви.

париж

париж

Вот Антон прямо из Киева прямо в Париж приехал ко мне жить, взяв с собой нашу собаку по имени Толстуха. И мы зажили! Раньше я говорила, что уехала во Францию, теперь — что поехала. Я хочу набраться опыта здесь и делиться им в Украине. Быть в музыке, как в воде, не просыхать, так сказать. Во временные рамки я себя не загоняю, но планирую в дальнейшем жить на две страны, а может, на три или четыре.

париж

париж

Забыла сказать, что Франция — сильно бюрократическое поле, и этот текст написан за время трехчасового ожидания в префектуре.

париж

Заглавное фото: Алина Соловьёва

Хочешь стать частью проекта? Напиши нам

Комментарии