Не останавливаясь на достигнутом, я попытаюсь разоблачить еще некоторых иностранцев, приложивших руку к родному Киеву – продолжение статьи о киевских шедеврах, созданных иностранцами.

Генрих Гай (1875-1936)

Польский шляхтич, отучившись в Санкт-Петербурге, в первой половине ХХ столетия трудился в Российской империи. Значительную часть творческой биографии связал с соседней Беларусью, где открыл второе после польского отделение своей мастерской «Гай, Свентицкий & Со». Работал в стиле неоклассицизм. Выиграв тендер, спроектировал Бессарабский рынок в Киеве – свой наиболее известный проект.

Бессарабский рынок (1910-1912)

bessarabsky_rynok_large

«Бессарабами» в позапрошлом столетии называли босяков и беспризорников, промышлявших в юго-западном районе города – впоследствии названном Бессарабкой (пускай, их больше так не называют, но бессарабы, судя по количеству мусора и пьяных драк, так и не покинули исторического места своего обитания). Торговля на площади велась задолго до постройки здания рынка, но к началу ХХ века стало очевидно, что её необходимо упорядочить. Денег у города не было (они, как и бессарабы, остаются верными себе) до кончины крупнейшего сахарозаводчика Лазаря Бродского – мультимиллионер завещал городу 500 тысяч рублей на строительство крытого рынка (вот ещё бы подобные ребята оставались верными традициям!).

После закрытого конкурса, первую премию и право воплотить свой проект в жизнь получил инженер и архитектор Генрих Гай, уже имевший опыт возведения подобного рынка в Варшаве. На доработку проекта ушёл год – конструкция рынка была настолько сложной для Киева, что приходилось отправлять местных специалистов в Западную Европу на разведку.

Строительство сопровождалось внедрением множества инновационных технологий. К примеру, именно на Бессарабском рынке впервые в Киеве появилась подземная холодильная установка, специально выписанная из Ревеля (Таллинна). В грозном 1933-ем в условиях особой секретности это чудо инженерной мысли использовалось для хранения трупов, подобранных на улицах города. Сегодня Бессарабский рынок выглядит, функционирует и служит во имя сытых желудков обеспеченных киевлян, как и сто лет назад.

Элио Сала (1864—1920)

Братья Сала родились в Милане, в дворянской семье: Энеа-фехтовальщик, Паоло-лепщик, Эудженио-художник и Элио-скульптор, о котором далее и пойдет речь. Их фамилия казалась киевлянами уж больно схожей с нашим «сало». Во избежание созвучности, ударение с первого слога переместили на второй, послепднюю букву заменили – и вуаля! — стали именовать братьев Саля. Они и не сопротивлялись – заказчикам слышнее.

Национальный художественный музей (1897-1905)

2 музей

Во время работы над музеем родился один из выдающихся неделимых творческих союзов – В. Городецкий и Э. Сала, который впоследствии просуществует до самого начала Первой Мировой. Работы Элио на Доме-музее древности и искусств, соруженном по проекту Владислава, — это, прежде всего, пара огромных царственных львов, расположенных по обе стороны широкой парадной лестницы и горельефный фронтон «Торжество искусства» на фасаде музея.

Римо-католический костел Св. Николая (1898-1899)

kiev-004

Лучший киевский образец неоготики — католический костёл Св. Николая, украшенный многочисленными работами Э. Сала. Архистратиг Михаил с мечом, поднятым над громадным змеем, скульптуры аполстолов, сцена Распятия с фигурами Богоматери и апостола Иоанна, Богоматерь с Младенцем и римо-католические иерархи святые Петр и Николай в епископском наряде — идей у итальянца было предостаточно.

Национальная опера Украины имени Тараса Шевченко (1899-1900)

file4_html_5aa42916

В то же время Сала выполнял отделочные работы городского театра (современная Киевская опера). Пара окрыленных муз в центре фасада, грифоны на верхушке крыши с позолоченной лирой, разинувшие пасти пары крылатых львов со щитами – представители мифологического фэйсконтроля, исполненные рукой мастера, и по сей день осуществляют свой дозор над шаловливыми «бессарабами».

Дом с химерами (1902)

160

Настоящим шедевром синтеза искусств является дом архитектора Городецкого по улице Банковой. Не перечисляя весь тот многочисленный зоопарк (в прямом смысле слова, в отличие от дома напротив) на фасадах и артистическую лепнину в интерьерах, обозначу, что уличная скульптурная композиция, которая входит в ансамбль сооружения, имеет условное название «Поединок орла с пантерой». Автограф Элио Сала хранится на ней и по сей день.

Национальный банк Украины (1902-1905)

1890-е-годы-Институтская-номер-9-здание-Контора-Государственного-Банка-Российской-империи-в-Киеве

Таблица у парадного входа напоминает: «Производство работъ Е. Саля». Скульптурные украшения: маскароны львов и их объемные фигуры на балконах вместе с грифонами на углах дома символизируют хранителей сокровищ (красота охранников не обязательно должна соответствовать уровню их профессионализма).

Помимо вышеупомятых достопримечательностей, Сала занимался отделкой Киевского политехнического института (к сожалению, при пожаре 1914 года все лепные и живописные украшения института погибли), скульптурно-отделочными работами на фасадах и в интерьере караимской кенассы (построенной по проекту всё того же Городецкого). Первая Мировая вынудила Сала вернуться на родину, но след мастера по сей день живёт на великолепнейших из строений Киева.

Руска Луиджи (1762-1822)

Итальянец, родом из Швейцарии, представитель зрелого классицизма. В 1783 прибыл в Санкт-Петербург и, наследуя занятия отца, первое время работал каменных дел мастером. В сорокалетнем возрасте – расцвет творчества Руска — становится придворным архитектором. Работает во многих городах Российской империи, в том числе и в Киеве. Многострадальный Гостинный двор на Подоле – дело рук выдающегося архитектора.

Гостинный двор (1809)

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Торговый комплекс на Контрактовой площади, внешние стороны которого были окружены арочными галереями, а фасады украшены пилястрами, возвёден вместо обветшавшего предшественника. Архитектор предложил новый проект Гостинного двора в стиле классицизма. Это должен был быть монументальный торговый комплекс в виде замкнутого прямоугольника с внутренним служебным помещением, к которому вели шесть ворот. Тем не менее, сразу его завершить не удалось по ряду причин (тут и пожар, и война 1812 года). На тот момент возвели только первый этаж здания (по плану их должно было быть два). Первый уровень пришлось накрыть крышей и оставить здание в таком виде.

С тех пор злой рок преследует постройку. Здание неоднократно перестраивалось (легче перечислить те одинокие моменты, когда двор не подвергался реорганизациям). В процессе перестройки Гостинный двор находится и сейчас. К счастью, всяческие попытки возвести на его месте новомодный торговый центр были встречены киевлянами крайне враждебно. Это главное и важнейшее свидетельство значения Гостинного двора для киевлян.

Шедель Готфрит Иоган (1680-1752)

Немец по происхождению, архитектурное мастерство приобрёл на родине у местных мастеров. В 33 года переехал в Санкт-Петербург, где на протяжении семнадцати лет работал над меншиковскими дворцами на Васильевском острове, в Ораниенбауме и Кронштадте. Позже был переведён на службу в Москву, где принял участие в строительстве деревянного дворца Анны Иоанновны, Благовещенской церкви в Кремле и Никольской церкви в Домодедово. Не выдержав московской суеты (это моё личное предположение как коренной киевлянки), принял приглашения от архиепископа Рафаила Заборовского и в 1731 переехал в Киев.

Колокольня Киево-Печерской Лавры (1731-1745)

000369

Строительство колокольни начиналось по типичному украинскому сценарию, знакомому и поныне: Фёдор Василёв, который должен был разработать изначальный проект строения, обвинил духовенство в попытке присвоить часть золота, предназначавшегося для позолоты купола. Его тут же нашли «нежелательным гостем» и вынудили покинуть город. Следующим к работе приступил Шедель, который согласно контракту должен был на протяжении 3 лет построить колокольню. Но строительство закончилось лишь спустя 14 лет, поглотив все лаврские резервы (запасы духовенства лаврскими не значатся и ныне, и присно, и во веки веков).

Вершиной искусства церковной архитектуры Киева является колокольня: восьмигранная четырёхъярусная башня высотой 96,52 метров с крестом (на тот момент – самая высокая колокольня самой большой империи в мире), на строительство которой было использовано около пяти миллионов кирпичей.

Староакадемический корпус Киево-Могилянской академии (1732-1740)

1_html_487fb588

Хорошо знакомый всем владельцам пятисотгривневой купюры (остались ли ещё такие?..), старый академический корпус, выстроенный по заказу Ивана Мазепы за 30 лет до этого, был перестроен по проекту Шеделя. Архитектор осуществил надстройку второго этажа с Благовещенской конгрегационной церковью и актовым залом, где проходили философские диспуты, музыкально-драматические представления и тому подобные могилянские проделки (какими их представляю себе я, выпускница конкурирующего Киевского Университета).

Ансамбль Софии Киевской (1744-1748)

000368

Шедель перестроил колокольню Софиевского собора, которая впоследствии была частично уничтожена ударом молнии (по воле Божьей, как говорится), выстроил дом-дворец митрополитов — самый значительный памятник светской архитектуры барокко в Киеве XVIII, возвёл каменный мур вокруг Софиевского монастыря с Брамой Заборовского. В 1990 году в комплексе ансамбль Софии Киевской памятник внесено в Печерень всемирного наследия ЮНЕСКО.

Мастер, после ухода на пенсию, желал лишь одного: остаться в Украине и прожить остаток своих дней здесь. Его желание было осуществлено.

Фундуклей Иван Иванович (1804-1880)

0_f1f25_5438fb6f_orig

Последним хотелось бы упомянуть человека, который обогащал Киев не талантами, а добродетелью. Грек по происхождению, Иван Иванович был наследником нескольких заводов и тысяч десятин земли. Его отец, старый одесский откупщик, считал, что сын должен пройти отцовский путь и закалить свою волю в жестокой борьбе за выживание. Он держал Ивана на полуголодном пайке, и уже с семи лет отпределил на работу. К моменту смерти отца, Иван Иванович оказался обладателем огромных средств, которые сумел приумножить.

В 35 лет И.И. Фундуклей занимает почетный пост киевского гражданского губернатора. Всеми делами города губернатор занимается единолично, и весьма успешно.Чтобы избавить управляющего его канцелярии от необходимости брать взятки, Фундуклей ежегодно выплачивал ему 12 тысяч рублей из собственных средств. Помогал нуждающимся горожанам из своего кошелька, к тому же делал это неприметно.

Фундуклеевское наследие (1839-1852)

Губернатор безмерно любил Киев, доказывая это заботой о больницах, детских приютах, школах. За годы своего губернаторства Фундуклей активно способствовал развитию торговли, транспорта, связи, беспокоился об улучшении условий содержания заключенных. Губернатор создал гражданский фонд предоставления помощи больным и бедным. За собственные деньги Иван Иванович поддерживал многодетные семьи, которые пострадали в наводнении весной 1845 года, когда воды Днепра затопили Подол и Оболонь, после — основал традицию действенной помощи пострадавшим от стихии.

Строительство города проходило большими темпами: университет им. Святого Владимира, обсерватория, Институт благородных девиц, Анатомический театр, Первая мужская гимназия реализовались только при правлении Фундуклея. Он самолично наблюдал за строительством первой Киевской городской Думы. По инициативе губернатора начали закладывать Ботанический сад в двадцать гектаров в районе университета. При его финансовом участии был вымощен брусчаткой Андреевский спуск, а со временем улицы Московская, Михайловская, Житомирская, Софиевская, завершилась реконструкция Софиевской площади. Крещатик стал главной центральной магистралью города.Ивану Ивановичу Фундуклею киевляне обязаны первым водопроводом! При его правлении был возведен знаменитый Николаевский цепной мост над Днепром, который на то время считался самым красивым в Европе.

Помимо прочего, И. И. Фундуклей издал за собственный счёт (ещё бы) ряд фундаментальных трудов по объему и наличию фактического материала по георгафии, этнографии, промышленности и даже археологии Киева: «Статистическое описание Киевской губернии», «Обозрение Киева и Киевской губернии по отношению к древностям», «Обозрение могил, валов и городищ Киевской губернии».

Расставаясь со своим обожаемым гражданским губернатором весной 1852 года, уезжавшим в Польшу, киевляне рыдали и клялись Фундуклею в вечной памяти. Переехав на новую службу в Варшаву, Иван Иванович продолжал финансировать женскую гимназию (которая распологалась в его собственном здании, безвозмездно переданного в пользование городу), где учились такие знаменитости: поэтесса Анна Ахматова, профессор и историк Полонская-Василенко, актриса Донец-Тессейр и др. В 1872 году признательные горожане избрали Ивана Ивановича почетным гражданином Киева. А тремя годами ранее одну из центральних улиц назвали Фундуклеевской ( в советские годы была, естественно, переименовала в улицу Ленина, а после, несмотря на требование горожан вернуть ей имя любимого губернатора, названа улицей Богдана Хмельницкого).

О вкладе иностранцев в развитие Киева можно написать еще не одну статью. Но мне кажется, что вышесказанного достаточно для понимания того, что импорт интеллекта никогда не бывает избыточным. Подтверждением тому — вышеперечисленные достопримечательности Киева, давно ставшие гораздо более «киевскими», чем многие безвестные работы местных мастеров.

Автор статьи: Оля Костюкевич

Коллаж создан Braty Graphic Design специально для проекта the KIEVIANER

Хочешь стать частью проекта? Напиши нам

Комментарии